Какой климат нужен новой экономике

Який клімат потрібен новій економіці

Почему олигархический бизнес не станет локомотивом экономического развития Украины

Совершив в 2014-м геополитический разворот на Запад, Украина должна также найти свое место в современной глобализированной экономике. Выбор в общем невелик: или экспортировать сырье, превращаясь в банановую республику, или выходить на мировой рынок с готовым, желательно высокотехнологичным продуктом. Сегодня Украина идет первым путем. Так, по данным Госстата за январь — октябрь 2017-го, доля продуктов животного и растительного происхождения, а также жиров и масел составила в структуре экспорта почти 35%, а готовая пищевая продукция — всего 6,5%. Доля минеральных продуктов — около 9,5%, а львиная доля металлургического экспорта (18% с 23%) — это продукция черной металлургии. Для сравнения: продукция машиностроения и электротехническое оборудование составляют в структуре экспорта около 9,5%. Чтобы выбраться из такой малопривлекательной ниши, в Украине должны появиться инновационные компании, которые смогут успешно штурмовать внешние рынки. Но такой прорыв невозможно сделать, стимулируя отдельные отрасли или давая преференции отдельным предприятиям, — на времени институциональные реформы, которые создадут в Украине благоприятный микроклимат для развития и малого, и крупного бизнеса.

Чтобы понять, какие именно изменения должны произойти в первую очередь, достаточно взглянуть, какие компании в последнее время возглавляют списки отечественных экспортеров. По итогам 2016-го, это были «Арселормиттал Кривой Рог», «Кернел-трейд», Мариупольский меткомбинат имени Ильича, Днепровский меткомбинат, а также меткомбинаты Азовсталь и Запорожсталь, Полтавский горно-обогатительный комбинат «Каргилл», «Нибулон» и «Сантрейд». Несмотря на все различия, большинство названных компаний имеют одну общую черту. За исключением нескольких «международников» («Арселормиттал Кривой Рог», «Каргилл» и «Сантрейд»), все они принадлежат тем, кого принято называть олигархами. Так, ММК имени Ильича, Азовсталь, Запорожсталь, а с недавних пор и Днепровский меткомбинат входящих в бизнес-структуры Рината Ахметова, «Кернел» принадлежит Андрею Веревскому, «Нибулон» Алексею Вадатурскому, а большая часть акций Полтавского ГОКА — Константину Жеваго.

Своим успехом эти компании не в последнюю очередь обязаны тому, что их владельцы имели в распоряжении политические ресурсы и охотно использовали их для построения собственных бизнес-империй. Например, только за первый год президентства Виктора Януковича состояние Рината Ахметова, по оценкам Forbes, выросли более чем втрое: с $5,2 млрд до $16 млрд. Крах Партии регионов пошатнул позиции олигарха, но его ресурсов хватает для того, чтобы реализовывать сверхприбыльные схемы вроде «Роттердам+». Успешно совмещали бизнес с политикой и остальные «королей» украинского экспорта. Долларовый миллиардер Андрей Веревский, несмотря на достаточно молодой возраст (43 года), успел побыть народным депутатом четырех созывов, несколько раз сменив политическую ориентацию, а также советником премьера Юлии Тимошенко и членом нескольких «интересных» комитетов Верховной Рады. Его сверстник и также долларовый миллиардер Константин Жеваго был нардепом пяти созывов. Алексей Вадатурский публичной политикой не занимается, но в парламентской фракции Блока Петра Порошенко находится его сын Андрей. Фантастический эффект синергии от совмещения политики и бизнеса известен. Именно за это украинскую политику небезосновательно называют высшей лигой бизнеса.

несовершенство институтов, призванных обеспечивать функционирование рыночной экономики, парализует предпринимательский потенциал Украины в пользу узкого слоя олигархии

Среди топовых экспортеров Украины компании олигархов, и это свидетельствует о том, что бизнес, особенно крупный, является привилегией узкого слоя, а для большинства граждан путь от бизнес-идеи до ее воплощения лежит через полосу серьезных препятствий. На протяжении последних лет Украина существенно поднялась в рейтинге Doing Business, однако и до сих пор находится в обществе Бутана и Кыргызстана, значительно отставая от стран Евросоюза. Крупнейшие украинские проблемы, связанные с регистрацией собственности, кредитованием, обеспечением выполнения контрактов и решением вопроса неплатежеспособности. Да и сама собственность находится в Украине под угрозой: как утверждают в Межведомственной комиссии по вопросам защиты прав инвесторов при Кабмине, только за 10 месяцев 2017 года в Украине произошло более 700 рейдерских атак. Поэтому не удивительно, что предпринимательская деятельность лучше всего удается олигархам, которые могут не только эффективно отстаивать собственные интересы, но и использовать на свое усмотрение общенациональные ресурсы.

Говорить про честную конкуренцию и рыночную экономику в таких условиях не приходится, поскольку олигархический бизнес живет по собственным правилам. Например, промышленность Донбасса задолго до войны имела отрицательные показатели рентабельности и давно должна была уступить место более конкурентоспособным субъектам экономики. Но благодаря политическому влиянию местной элиты донбасскую промышленность десятилетиями накачивали государственными дотациями, обрекая Украину на бессмысленные расходы, а сам Донбасс — на экономическую стагнацию. Принадлежность к клубу политико-экономической элиты открывает почти неограниченные возможности, однако всем остальным приходится или оставлять бизнесовые амбиции, или отчаянно бороться за выживание, как это делает сейчас наша ИТ-индустрия — кмітливе, но недолюблене дитя Украины.

В первой половине 2017-го объем экспорта ИТ-услуг превысил $1 млрд, продемонстрировав рост более чем на 18% (по сравнению с аналогичным периодом 2016-го). Как утверждают аналитики, по количеству сертифицированных ИТ-специалистов Украина уступает только США, Индии и России. Тем временем отрасль страдает от непонимания со стороны государства, что проявляется, в частности, в обысках, которые проводят силовые структуры. Проверки СБУ, МВД, прокуратуры и налоговой, которые ежегодно проходят десятки компаний, никогда не дают результатов в виде судебных приговоров, но часто проводятся с нарушениями и всегда приносят компаниям немалые убытки, поскольку причиной простоя в работе. Так, в 2016-м в компании Lucky Labs годовые потери отрасли от «масок-шоу» оценивали в $10-20 млн. С защитой прав интеллектуальной собственности в айтишников также проблемы, поэтому украинские стартапы обычно открываются под иностранной юрисдикцией. Да и сами специалисты, прежде всего наиболее квалифицированные, нередко прибегают к «релокации», то есть выезжают из Украины в поисках более спокойной жизни и передбачуванішого экономического и правовой среды.

На фоне этого значительная часть украинских предпринимателей предпочитают работать в теневом секторе, в котором, по оценкам международной Ассоциации дипломированных сертифицированных бухгалтеров, формируется до 46% украинского ВВП. В результате уклонения от налогов, нарушения трудового законодательства и иных незаконных практик нелегальное предпринимательство может быть достаточно прибыльным. Но в целом тенизация негативно влияет на экономику, существенно ограничивая ее возможности для роста. Прежде всего обрекает экономику на нехватку финансовых ресурсов, поскольку не оформлены надлежащим образом активы не будут использоваться как капитал. Теневой объект нельзя сдавать в залог, чтобы получить кредиты для развития бизнеса, а нелегальное предприятие не может привлечь инвесторов, выдать акции и вложить средства в собственную модернизацию. Таким образом, недостаток «живого» капитала, по выражению перуанского экономиста Эрнандо де Сото, обрекает население на «замкнутость в грязной прихожей капиталистического мира», в то время когда капитализм становится «частным клубом привилегированного меньшинства».

Следовательно, несовершенство институтов, призванных обеспечивать функционирование рыночной экономики, парализует предпринимательский потенциал Украины в пользу узкого слоя олигархии. К счастью, эта проблема не уникальна. Согласно теории американского экономиста Дарона Аджемоглу залогом экономического развития является надежная защита прав собственности, незаангажированное правосудия, равный доступ к кредитованию и свободный выход на рынок для новых компаний. Эти условия обеспечивают как можно более широкое участие населения в экономической деятельности, благодаря чему страны получают мощный толчок к развитию. Казалось бы, заказчиком таких изменений должна быть прежде всего элита, заинтересована в экономическом росте страны, но на практике так бывает не всегда. Часто случается, что именно элита получает основные выгоды от ненормального развития экономики и потому пренебрегает интересами всего общества ради собственной пользы. Поэтому построение современной рыночной экономики должна начинаться с борьбы за политические изменения.

Как утверждает Аджемоглу, степень открытости экономики напрямую связан с уровнем политического плюрализма. Что больше власти концентрирует в своих руках то или иное политико-бизнесовые группировки, тем хуже оно заставляет экономику работать в собственных интересах. Как это происходит на практике, мы видели во времена Януковича, когда донецкие, сконцентрировав в своих руках власть, стали посягать не только на правила экономической игры, но и на права собственности: по подсчетам Антирейдерского союза предпринимателей Украины, в 2010-2014-х годах рейдерских атак регионалов подверглось около 7 тыс. украинских предприятий. Обезопасить страну от подобных явлений возможно лишь благодаря реально функционирующей демократии. Сменяемость власти, действенная система сдержек и противовесов, верховенство права и подотчетность власти гражданам — все это не только условия политической свободы, но и основы, на которых может быть построена эффективная национальная экономика.

Если запрос на экономические свободы формируется обществом, то ведущая роль в реализации этих изменений принадлежит государству. Только она способна установить новые правила игры и обеспечить их соблюдение всеми участниками включительно с субъектами крупного бизнеса. Но для этого рычаги госуправления нужно забрать из рук олигархии. А деолигархизацию следует рассматривать не только в контексте развития демократии, но и как фундаментальную предпосылку экономического развития. Без нее остальное экономических реформ не способна поставить Украину на рельсы устойчивого развития и создать условия для устойчивого экономического роста и модернизации. Только реальная деолігархізація даст Украине шанс занять достойное место в глобальной экономике, остановив превращение Украины в банановую, то бишь металлически-зерновую, республику.