Если бы не УПЦ МП, в Украине не было бы войны — Филарет | То есть Львов.

Якби не УПЦ МП, в Україні не було б війни — Філарет | То є Львів.Филарет

9-11 октября — именно в эти дни проходит историческое заседание Синода Вселенского патриархата, где будет рассматриваться вопрос предоставления Украине Томоса, то есть — права создать единую независимую поместную церковь.

В украинском обществе разгорелась нешуточная дискуссия относительно необходимости и легитимности этого шага. Через войну на Донбассе, сложную социально-политическую ситуацию, а также экономические трудности, часть украинцев с осторожностью восприняла такую инициативу.

При этом внутри Украины и за ее пределами создавались многочисленные мифы о последствиях объединения. Для того, чтобы их разрушить и понять все тонкости процесса — OBOZREVATEL откровенно поговорил с Патриархом Киевским и всея Украины-Руси Филаретом.

— Украина за годы независимости впервые добилась успеха в вопросе автокефалии. Если с 9 по 11 октября во время Синода в Константинополе будет предоставлен Украине Томос, сколько времени займет процесс объединения? Получим мы автокефальную церковь до конца 2018 года, или надо еще больше времени?

— Томос, который мы ожидаем от Вселенского патриарха, будет. Результатом предоставления Томоса об автокефалии Украинской церкви — станет объединение трех православных церквей. Сначала это будет объединение Киевского патриархата, Украинской автокефальной церкви и Московского патриархата. Часть составляют приблизительно 10 архиереев этой церкви.

После того, как будет принято решение о Томос, мы соберем Архиерейский собор с тех архієрів, которые обратились к Вселенскому патриарху. Это все представители Киевского патриархата, 12 архиереев автокефальной церкви и до 10 Московского патриархата. Они и зафиксируют, примут решение об объединении церквей.

После этого будет продолжаться этот процесс, каким образом? Путем выбора. Архиереи, духовенство и приходы будут выбирать — к кому именно идти, потому что другой церкви в Украине не будет. Это переход, присоединение, я подчеркиваю, добровольное присоединение — силу мы применять не будем. Хотите принадлежать к Русской церкви, то можете, будете иметь такие же права в Украине, как и УПЦ, но название ваша будет правдивая — Российская церковь.

Мы надеемся, что многие приходы из Московского патриархата перейдут в Украинскую православную церковь, уже с их точки зрения канонической.

— То есть часть представителей Московского патриархата официально обратилась, а есть часть, которая ждет, когда будет Томос?

— Да, потому что даже те, которые обратились, имена свои скрывают, боятся, а может не будет этого Томоса и тогда их Москва накажет. А когда все будет понятно — тогда уже будут свободно выбирать или одну, или другую церковь. Конечно, большинство Московского патриархата перейдет уже в эту новосозданную Украинскую православную церковь.

— Сейчас в Украине работают экзархи существуют — представители Константинополя. Какова их главная миссия?

— Дело в том, что экзархи существуют — временные представители для подготовки Собора. Их миссия здесь довольно ограничена. Когда я был экзархом, то руководил всей Украиной, а эти представители — лишь на короткое время работы.

— Наскільк понимаю, УПЦ ведет переговоры с представителями РПЦ, которые находятся на территории Украины. Идет просветительская работа с прихожанами, людьми, которые посещают храмы Московского патриархата?

— Это будет уже дело самих архиереев Московского патриархата и духовенства, они должны работать со своими прихожанами, мы не будем применять никакой силы. Конечно, говорить о необходимости объединения в одну православную церковь, но вмешиваться в приходскую жизнь — нет.

— Если брать обычных прихожан, изменятся ли как-то таинства, богослужения, другие моменты для простых украинцев после предоставления Томоса?

— С присоединением к единой церкви ничего не изменится в вероучении или богослужении, может измениться только язык, потому что службы будут проводить не на славянском, а на украинском. Но если приход захочет сохранить славянский язык, силой мы не будем заставлять. Будут выбирать самостоятельно.

Якби не УПЦ МП, в Україні не було б війни — Філарет | То є Львів.Крестный ход УПЦ КП

— Многие думают, что процесс получения Томоса начался где-то в апреле-мае этого года, но есть другое мнение, что объединение было инициировано еще в 2014 году.

— Это неправда, что признание украинской автокефалии началось в апреле этого года. Этот процесс начался в 1992 году. Уже тогда я и представители автокефальной церкви, которые объединились, обращались к Вселенскому патриарху о предоставлении нам Томоса об автокефалии. В течение 25 лет обращались неоднократно, причем не только представители церкви, обращались также президенты Кучма и Ющенко. Не обращался только Янукович, а так все президенты говорили с патриархом. Но президент Петр Порошенко настойчивее, активнее начал заниматься этим вопросом.

Со стороны Москвы, Московского патриархата идут обвинения в адрес президента, что он вмешивается не в свои дела. Но это не так, потому что Вселенский патриарх ставит условие — к нему должен обратиться именно государство. Хочет она, чтобы у нее была автокефальная церковь, или нет. Для патриарха это важно, потому что о предоставлении автокефалии церкви — Болгарская, Румынская, Сербская, Греческая, Польская — обращались руководители этих государств. То есть обращение нашего президента — не есть нечто новое.

— По словам представителей Московского патриархата: если Украине будет предоставлено Томос, это станет прецедентом, который приведет к цепной реакции. Много неканонических церквей будут также просить предоставления автокефалии.

— Какие церкви? Я не вижу таких. Нет других церквей, которые бы просили у Вселенского патриарха Томос об автокефалии.

— Это и есть цепочка — государство обратилась к патриарху Варфоломея, и он за этим обращением начинает работать. За другими церквями, которые не являются общегосударственными, этого не будет?

— Ну вот взять, например, Европу, там есть много приходов: греческие, болгарские, румынские, российские, но они относятся к своим церквям. У нас украинские приходы в Европе относятся к Киевскому патриархату. Есть приходы российские, принадлежат к Русской церкви, есть греческие приходы — к Вселенскому патриарху принадлежат, есть румынские, болгарские. Они не ставят вопрос об автокефалии.

— А в чем тогда претензия со стороны Московского патриархата?

— Главная причина в том, что Московский патриархат разделяется на две части: российскую и украинскую. После создания единой поместной церкви, он будет почти на половину меньше. Следовательно не будет никаких оснований претендовать на первенство в православии, потому что сейчас идет борьба между Константинополем и Москвой — кто первый. Константинополь, по праву, по решению вселенских синодов — первый среди равных, а Москва является крупнейшей церковью в православном мире, поэтому она и претендует на первое место.

Это законное место Вселенского патриарха, а Москва говорит: теперь мы самая большая церковь. И вот идет эта борьба на протяжении 20 века, и в 21 продолжается. Когда Московский патриархат на половину сократится, тогда у него не будет никаких причин претендовать на первое место — это главная суть, хоть о ней Москва молчит. А то, что она заявляла об этом своем желании, свидетельствуют намерения собрать Собор в 1948 году еще при Сталине. Собор всех церквей, на котором хотели провозгласить Москву первой среди равных, но на него не приехал ни Вселенский патриарх, ни другие греческие патриархи. Тогда он не состоялся, поэтому его назвали совещанием.

Так, намерения есть и они остаются по сей день. Именно поэтому, когда Московский патриархат на половину сократится, оснований для борьбы за первое место не будет. Наступит мир в православии.

— После встречи патриархов Кирилла и Варфоломея, даже Московская церковь поняла, что Украине будет предоставлено Томос. Как можно трактовать ее действия за последние месяцы? Например, Москва не вспоминает Константинопольского патриарха на своих богослужениях. Это демонстрация недовольства?

— На сегодня Московский патриарх прекратил вспоминать за богослужением имя Вселенского патриарха. Когда будет предоставлено Томос, то тогда Москва, как она решила, сделает следующий шаг. А каким он будет? Прекращение молитвенного единения с архиереями, со Вселенским патриархом. И не только Московский патриархат прекратит молитвенное единение. Сейчас Москва начинает работать над тем, чтобы и другие архиереи прекратили молитвенное единение со Вселенским патриархом. То есть она раскалывает. Говорит о единстве, а сама делает все, чтобы расколоть.

— Когда вы в последний раз разговаривали с патриархом Кириллом?

— С Кириллом разговаривал в 1992 году. 26 лет назад.

— И сейчас диалога нет?

— Да, нет.

— А кто инициатор такой ситуации?

— Они не хотят с нами общаться и стремятся изолировать Украинскую церковь от Вселенского православия. Томос же предоставляет нам право общения со всеми православными церквами.

Якби не УПЦ МП, в Україні не було б війни — Філарет | То є Львів.Патриархи Кирилл и Варфоломей

— Такой вопрос: насчет храмов, церквей, которые сейчас находятся во владении РПЦ. Принимая также Киево-Печерскую лавру, большие святыни — после предоставления Томоса они переходят в собственность единой церкви?

— Храмы и помещения принадлежат или государству, которое эти сооружения сдает в пользование, либо является имуществом религиозных общин. Храм строила община и он является ее собственностью. Когда община будет переходить в Украинскую церковь из Московского патриархата, то она будет переходить со своим имуществом. В случаях, если община разделится и две трети будет за Русскую церковь, то этот храм будет принадлежать к РПЦ. Если же проголосуют за переход в Украинскую церковь, то храм будет принадлежать УПЦ.

Та часть, которая останется, будет иметь право на регистрацию нового устава как РПЦ, построить храм или купить — это уже ее право. Что касается храмов, которые в собственности государства, то здесь будет действовать такой же принцип: если две трети будут за Украинскую церковь, то имущество переходит к УПЦ, и наоборот. Что касается Лавр, то это — украинские святыни и они не могут быть переданы РПЦ. Как и общины, монастыри должны определиться — к какой церкви они относятся. Однако, думаю, поскольку это украинские святыни, они должны принадлежать Украинской церкви.

— Общество самостоятельно решит эти вопросы, без всякого принуждения?

— Москва хочет, чтобы это делалось с применением силы. Сделать хаос в украинском обществе, религиозную борьбу — это их цель. Потом они скажут, что причина хаоса — предоставление автокефалии. Мы знаем об их намерениях и поэтому будем делать все, чтобы не допустить никакого насилия и борьбы, чтобы все было законно. Мы будем просить Верховную Раду принять некоторые законы.

Например, есть закон, что общество выбирает свой центр, но как именно — не прописано. Поэтому Верховная Рада должна принять закон о механизме избрания. Например, в Советской Конституции была статья, что каждая Республика имеет право выйти из Союза, но как выйти не было указано, поэтому держали всех крепко. А здесь надо принять механизм, тогда все будет спокойно.

— Насчет церкви все понятно. Но в контексте этого, хотел бы еще кое-что спросить. В нашем государстве церковь и власть отделены. Но вы, как гражданин Украины, видите общественную, экономическую, политическую ситуацию в стране. Как вам кажется, Украина движется вперед?

— Движется, утверждается как государство, потому что эта война, которая идет сейчас — испытание Украины. Стоит ли она того, чтобы быть самостоятельным, должен кому-то подчиняться. Украина уже доказала — она заслуживает иметь свое государство. Второе, что есть — идет медленная борьба с коррупцией, очень медленная, и это не устраивает ни Украину, ни Европу. Что еще положительного: Украина уже ассоциированным членом ЕС, уже получила безвіз. Поднимается вопрос о вступлении в НАТО, а что это для нас значит — Украина будет защищена.

— Церковь не должна поддерживать никакие политические партии. Поэтому на следующих выборах вы будете нейтральным?

— Нет, не так. Мы, церковь, не вмешиваемся в политику и в государственные дела. Но это не означает, что мы нейтральны в отношении общества, потому что церковь влияет на общество. И это не только украинская, все церкви влияют на мораль, на дух, на взгляды, а от этого уже зависят поведение и действия граждан. Если бы в Украине была одна церковь, войны бы не было, потому что Путин не имел бы поддержки в Украине. Сейчас она у него есть — это Московский патриархат. Не просто словами, а действиями помогают, духовенство и верующие Московского патриархата, сепаратистам и агрессорам.

— Часть церквей и служителей осталась на оккупированной территории…

— Если бы только на оккупированной, по всей Украине. Вот, например, на Буковине, которая далеко от Донбасса, там священник открыто выступает за Путина. И не только он, есть много и в Киевской области, которые агитируют за Путина.

— Представители РПЦ создали основу для этой конфликтной ситуации?

— Поддержка есть, и на нее рассчитывал Путин. А если бы ее не было, то он не решился бы на войну. И если говорить о выборах, мы никогда не будем проводить агитацию в храмах за кандидатов, но голосовать будем и поддержим всех, кто за Украину. А если кто настроен иначе, того не поддержим.

— И напоследок: есть идеи об объединении католической и православной церквей, реально ли это?

— Нет, это не реально. Для того, чтобы это произошло, должно быть принято общее решение. Диалоги, которые ведутся более сорока лет, показали, что перспективы нет. Католическая церковь не откажется от папства, в таком случае объединение невозможно.