Ход на восток: зачем художник из Червонограда тысячу километров нес угля в Лисичанск

Художник Вова Воротнев пешком понес из Червонограда в Лисичанск уголь.

Художник Вова Воротнев двинулся со своего родного Червонограда пешком на восток. Из шахтерского городка на Львовщине он захватил с собой кусок угля.

35 дней Вова нос свой объект около тысячи километров, пришел в Лисичанск — другое шахтерский городок, но уже на Луганщине, — и передал его местному краеведческому музею.

Эта походка стала стержнем художественного проекта «ЗА/С ХОД».

Фланерство как искусство

Формально «ЗА/С ХОД» был заявлен как шествие-манифестация единства Украины.

В конце весны 2014-го Лисичанск захватили боевики-сепаратисты. Тогда за месяц город освободили.

Поход Вовы Воротнева пришелся на третью годовщину тех событий. Совсем рядом до сих пор продолжаются боевые действия.

Передача угля — своеобразная декларация сходства двух шахтерских городков: на границе с Польшей, второго — на рубеже подконтрольных Украине территорий Луганщины. Эту интерпретацию из официального описания проекта транслировали большинство СМИ.

Впрочем, сам художник неоднократно интерпретировал хода в несколько иной способ: и как краеведческую экспедицию, и как вызов самому себе, и как совершенно бессодержательную действие.

В предыдущих работах, в частности представленных в выставочных пространствах Центра визуальной культуры, PinchukArtCentre и Мыстецкого арсенала, Воротнев преимущественно исследовал среда города: уличное искусство, субкультурные явления, практики благоустройства коммунальных предприятий.

В «С/С ХОД» городские исследования Воротнева продолжаются, но теперь городов много, они маленькие, а между ними появились 30 километров ежедневной ходьбы, которые содержат самое ценное в проекте — художественный жест, что не поддается однозначной интерпретации.

Взгляд на хождение как на художественное действие для Воротнева не новый.

Ранее в контексте своих художественных практик он неоднократно упоминал фланерство (от фр. flaneur, «тот, что гуляет») французского поэта Шарля Бодлера. После Бодлера фланер использовали дадаист и сюрреалісти, творчество которых также часто вспоминает сам Воротнев.

Осмысливали такой способ познания философы. В частности, французский Ги Дебор и немецкий Вальтер Беньямин.

Однако фланерство — явление отчетливо городское и похоже скорее на прогулку-блуждание, чем на длительную поездку.

Локальным образцом для проекта Воротнева выдается странничество Григория Сковороды.

Сам Воротнев художественно ссылается на него, разместив издание с текстами Сковороды в установки проекта на Фестивале молодых украинских художников в Художественном арсенале.

Правда, «ЗА/С ХОД» имеет четко очерченные исходный пункт и пункт назначения, тогда как странничество Сковороды — не разовый маршрут, а образ жизни. О тягле сковородинство Воротнева говорить пока рано.

Очевидно в ближайшее к «ЗА/ВОСТОК» по форме можно признать перфоманс-развод Марины Абрамович и Улая. В 1988 году искусная пара обоюдно решила закончить 12-летние отношения.

Для этого художники устроили последнюю встречу на Великой китайской стене, после которой имели никогда не видеться снова.

Улай двинулся с западного конца, Марина — с восточного. За 90 дней ходы навстречу друг другу они преодолели по две с половиной тысячи километров.

В следующий раз Улай и Марина увиделись через 22 года, когда Улай нарушил обещание и пришел на перфоманс Абрамович в нью-йоркском МоМА.

Путешествие Великой китайской стеной кажется очень удачной оппозицией «ЗА/С ХОД»: шествие Воротнева словно в противовес односторонняя и индивидуальная; а вместо развода, как в Улая и Марины, Вова старается достигнуть сообщения между двумя регионами.

Сопереживать путешествии

С видеодокументации перформанса Абрамович и Улая на Би-Би-Си смонтировали фильм The Lovers: The Great Wall Walk (с англ. «Любовники. Шествие Великой китайской стеной»).

Именно благодаря фильму широкая публика может попробовать співпережити сентиментальное путешествие художников.

В проекте «ЗА/С ХОД» это возможно благодаря соцсетям. В специально созданном для проекта профили Instagram Воротнев 886 раз запостил фото – видео-документы перфоманса, а на своей странице в Facebook делился впечатлениями и отвечал на комментарии.

Искусствовед Борис Гройс предостерегает, что использование интернета как пространства для художественного высказывания может превратить его в «психодраму самосозерцания».

Не уверен, грозит ли это Воротньову в целом, но во время «ПО/С ХОД» на самосозерцание у него просто не хватало времени.

За 35 дней ходи в Instagram проекта появилось на несколько сотен больше изображений, чем за весь прошлый год в личном профиле Воротнева.

Массив информации, который продуцировал Вова во время шествия, скорее, позволяет нам детально исследовать, что именно попадает в его фокус.

Как отметил сам художник, «ЗА/С ХОД» можно рассматривать как краеведческую экспедицию: он документировал то, что часто остается без внимания, — для местных это пространство слишком обыденный; а в крупных городах обычно интересуются разве другими крупными городами.

Воротнев шел спешно. В отличие от других путешественников, у него не было времени знакомиться с местными жителями и заходить к ним в гости.

В подборке, что попала в соцсети, художник применил метод типологии путника: большинство фотографий можно с легкостью разбить на группы по объекту изображенного.

Почти все изображенное случается именно при дороге: дома, заборы, ворота, памятники, магазины, автобусные остановки, придорожные кресты.

Время от времени объектом становится сама дорога, как в концептуальной фотографии англичанина Ричарда Лонга A Line Made by Walking (с англ. «Прямая, проведенная пешим ходом»).

Для фотографий нескольких типов объектов Воротнев даже завел отдельные хэштеги, чтобы можно было посмотреть вместе все связанные фотографии.

За двумя из них — #traditionalukrainiangates (с англ. «традиционные украинские ворота») и #volynianroadcross (с англ. «волынский придорожный крест») — снимков так много, что из них можно было бы даже собрать отдельные проекты.

Собственно, другой тип объектов, на который часто обращает внимание Воротнев, — автобусные остановки, для своей фотокниги Soviet Bus Stops (с англ. «Советские автобусные остановки») использовал канадский фотограф Кристофер Хервіг.

С фокусом Воротнева резонирует еще одна типологійна фотокнига — Decommunized: Ukrainian Soviet Mosaics (с англ. «Декомунізовано: Украинские советские мозаики») киевского фотографа Евгения Никифорова.

Воротнев часто обращает внимание на парадоксы переходного этапа декоммунизации: раскрашенные в желто-синий символы СССР, постаменты из-под недавно снесенных памятников советским деятелям, остаточная геральдика на заборах и в отделке зданий.

Фотографии Никифорова и Хервіга — документы другого характера: они фиксируют в состоянии покоя объекты, которые могут скоро исчезнуть.

Время мозаик из книги Никифорова и модернистских остановок из книги Хервіга — своеобразный «предпоследний день Помпеи», когда уже понятно, что извержение Везувия не избежать, город погибнет — а останется лишь его призрак, законсервированный в вулканическом пепле.

Пространство «ПО/С ХОД» напоминает скорее постапокалиптический время уже после гибели Помпеи, когда «призрак города» обжили вандалы.

Однако это впечатление — не единственное отличие фотодокументации Воротнева от работ Никифорова и Хервіга. Типологійний подход — каркас обоих фотокниг.

Их авторы заранее знали, где и что именно они будут фотографировать.

Формат фотокниги и концентрация на одном типе объектов предопределяют основательное отношение к процессу фотографии: выбор камеры, параметров и времени съемки, логистика передвижений, переговоры о доступе к закрытым объектам и тому подобное. Как следствие, в фотокниге оказываются отобранные и обработанные фотографии.

В «С/С ХОД» типизация изображений возможна не благодаря предварительному замыслу, а через интенсивность подхода Воротнева: он ежедневно преодолевал большие расстояния и много снимал, повторяя визуальные мотивы — в «живой» ленте Instagram мы можем вычленить несколько типов подобных изображений.

Скромный шарм прекаріату

Объектами внимания художника часто становятся различные надписи, эмблемы и узоры. Одна из форм, с которыми Вова Воротнев работает уже много лет, — одежда и печать на нем.

Во время путешествия Вова анонсировал выход нескольких футболок, посвященных проекту: «червоноградскую» — с памятником шахтеру скульптора Иосифа Садовского; «лисичанске» — с лисом и шахтой; общий — с червоноградским памятником и лисичанским шахтой.

Эти футболки — домашние заготовки проекта. Но сам «ЗА/С ХОД» можно толковать как своеобразную творческую экспедицию: на фотографиях проекта многие вывески с причудливыми кириллическими шрифтами, гербы, логотипы, разнообразные завитушки на воротах и заборах.

Возможно, что-то из этого послужит вдохновением для следующих работ Воротнева.

Подобный художественный метод применяет британский художник Геміш Фултон, который сам себя называет walking artist (с англ. «художник, что гуляет»).

Во время своих странствий господин Фултон послідовується принципами этической системы leave no trace (с англ. «не оставляй следов»): как можно меньше вмешивается в окружающую среду, не оставляет ничего своего и не собирает ничего с собой.

Зато впечатления от путешествия он позже передает в инсталляции в пространстве галереи с помощью фото, графики, иллюстрации и скульптуры.

Номинально завершающей частью проекта Воротнева стала именно установка в галерейном пространстве — на Фестивале молодых украинских художников в Художественном арсенале.

«С/С ХОД» там был представлен комнатой, напоминает реконструкцию провинциального гостиничного номера: старый стол из ДСП, на столе стопка книг, портрет Новалиса, подаренная в Лисичанске вуглина с тамошней шахты, фигурка шахтера, пакет из АТБ.

Рядом кресло, тумбочка, на ней маленький телевизор с квадратным экраном. В телевизоре смонтированы короткие видео из Instagram и Facebook, в которых Воротнев постоянно просит путников коров, собак или коз «сказать пару слов».

На стене рядом схематический рисунок Воротнева в движении, у противоположной стены — список населенных пунктов, которые Вова прошел.

Схематический рисунок Воротнева в движении — привет с графити-райтерського прошлого Вовы, — метка художника, которую он оставляет при первой же возможности: на стенах гаражей, автобусных остановках, в логотипе Олимпиады-80, картине в одном из гостиничных номеров.

Ранее Воротнев неоднократно называл себя вандалом и поднимал тему вандализма в своих работах.

Осенью 2014-го в названии проекта в Центре визуальной культуры он самоиронично назвался «вандалузький пес» (оригинальное название выставки Un Chien (V)andalou — каламбур с названием ленты сюрреалиста Луиса Бунюэля Un Chien Аndalou, с фр. «Андалузский пес»).

С тех пор Воротнева меньше отличает вандализм — теперь это, скорее, скромный шарм прекаріату. Он может позволить себе то, что не может пролетариат — «люди труда», которым якобы посвящен «ЗА/С ХОД».

Воротнев последовательно противопоставляет свои художественные практики «серьезной работе»: в 2013-м в PinchukArtCentre он переиначил формат творческой мастерской (англ. workshop) на walkshop (то есть на творческую прогулку).

Теперь на пятках его сапог надпись walking class (англ. «танцующий класс») — переработанное устоявшееся working class (с англ. рабочий класс).

Эта классовая омонимия метко отражает абсурд буквального прочтения проекта: Вова идет пешком, хотя между всеми городами существует сообщение; неся кусок угля туда, где его полно.

«С/С ХОД» можно воспринимать как своего рода бред, сноходіння, смысл которого понятен только до тех пор, пока мы все находимся в состоянии сна.

Трактовка этого сновидения напоминает поиск угольного пласта — мы отвергаем поверхностные слои и упорно копаем дальше, размышляя косвенно о эффективнее угля источники энергии.

Влад ГОЛОВКО, исследователь искусств

(«Украинская правда. Жизни»)