Маленькие враги великой России

Маленькие враги великой России
Любая свободный человек в России — маргинал

Мы крадемся ночной московской улице, предусмотрительно обходя фонари и надвинув на лицо козырьки бейсболок. Это наша первая ночная вылазка в поисках справедливости. В поход мы прихватили с собой баллончики с черной краской. Наша цель — здание отделения Госинспекции безопасности дорожного движения, на которой накануне Дня победы натянули огромный плакат с портретом Сталина и словами благодарности ему за победу. На планете Земля XXI века, и только одна седьмая часть суши об этом не знает.

Если честно, нам страшно. Особенно моему приятелю — в отличие от меня, журналистки без будущего, он занимает солидную государственную должность, которой изрядно дорожит. «Я тебя придушу, если кому скажешь», — грозит в темноте. Но идти в ночь по справедливость предложил именно он. Он купил и баллончики с краской.

На следующий день интернет забит информацией и дискуссиями о допустимости / недопустимости почитание Сталина на примере того плаката и «действий неизвестных, залили портрет генералиссимуса черной краской». Дискуссия набирает такие обороты, что плакат снимают не только с той здания, где мы играли ночью, но и в других точках Москвы — от греха подальше. А моя мораль такова: не можешь, боишься выйти против власти днем ​​- выйди хотя бы ночью.

Только не спорь с теми, кто кривитиметься, мол, все равно ничего не изменишь: сегодня здесь сняли портрет Сталина, а завтра в другом месте повесят два. И никакая теория малых дел здесь не сработает. Спорить с этими кислыми лицами нет смысла: они правы, ты действительно ничего не изменишь. Кроме того, что этот факт наконец станет для тебя очевидным.

Русского народа не существует. Это байка. Я не знаю, существовал ли он когда-нибудь, да это и неважно. Думаю, что до 1990-х была какая-то хлипкая сообщество, которую идеологи советской власти называли советским народом. В определенном смысле «овощная культура», выращенная за железным занавесом, в теплице, с вымышленными теми же идеологами ценностями вроде коллективизма. Только идеологов погнали паршивой метлой, а занавес упал, оказалось, что народ, который населяет одну шестую часть суши — это фикция. Его нет. Сообщество рассыпалась на неравные части. Одни взялись рыдать по совком, и дальше отмечая 7 ноября и день рождения дедушки Ленина. Следующее поколение продолжило дело родителей и теперь участвует в различных ходах с портретами Сталина, время от времени вступая и в «Русских маршей». Другие было сунулись в разные углы в поисках интересной и прибыльной работы, но, не найдя, плюнули и уехали. Третьи — самая многочисленная часть — освоились в новой реальности, нашли работу, купили квартиры, машины, куски земли с баней и мангалом и зажили.

РОССИЙСКОЕ ГОСУДАРСТВО ЧЕМ ДАЛЬШЕ, ТЕМ КРЕПНЕТ НА ПЬЕДЕСТАЛЕ, СБИТОМ ПО КОРРУПЦИИ И ПСЕВДОПАТРИОТИЗМА. А ЭТО ЗНАЧИТ, ЧТО В СВОБОДНОГО ЧЕЛОВЕКА В РОССИИ ВСЕ МЕНЬШЕ ШАНСОВ НЕ ТОЛЬКО ПОПАСТЬ ВО ВЛАСТЬ, НО И ПРОСТО ОСТАВАТЬСЯ УВАЖАЕМЫМ ЧЛЕНОМ ОБЩЕСТВА
Кто-то ругает Путина и его шайку, кто смотрит вечерние ток-шоу и ненавидит бандеровцев с америкосов, а некоторые вообще выбросил телевизор и сосредоточился на театрах, музеях и галереях современного искусства. Но вместе они составляют один большой класс терпил-пофигистов, которые на любое сложный вопрос о настоящем и будущем страны отвечают: «Я политикой не интересуюсь», что в переводе честной языке означает: «Мне пох …» Эти люди уверены, что дышат в унисон с миром, а на самом деле именно они и являются мощной основой путинского режима. Эти люди не знают, что такое истинная свобода, они убеждены, что свобода — возможность ездить на отдых в Португалию.

Есть и четвертая, последняя, самая маленькая часть. Совсем маленькая. Это новейшие русские. Или, если хотите, другие россияне. А если уж до конца честно, то совсем не русские, когда основой нации считать терпил-пофигистов. Это люди разного возраста и разных профессий, преимущественно живут в больших городах. И небольшая часть населения России, которую ненавидит большинство. По-настоящему свободный человек всегда вне коррупцией и всегда является патриотом в том первоначальном, забытом и затоптанную смысле слова, не терпит ксенофобии, имперскости, шовинизма. Но российское государство чем дальше, тем крепнет на пьедестале, сбитом по коррупции и псевдопатриотизма. А это значит, что в свободного человека в России все меньше шансов не только попасть во власть, но и просто оставаться уважаемым членом общества. Истинный либерализм становится катакомбным, а его представители — почти официальным маргиналами.
Убийство два с половиной года назад на мосту у Кремля Бориса Немцова было не просто трагедией — некая зловещая инсталляция, придуманная чьим дьявольским умом в недрах Кремля. Последний по-настоящему свободный оппозиционер, кудрявый красавец, человек западного мышления, Немцов пытался проложить мост между старой, утонули в безграмотности и коррупции Россией и новой, свободной, образованной. Он шел спиной к Кремлю, и ему не дали дойти даже до середины моста. Несколько пуль навсегда отрезали туда путь ему и всем тем, кто еще хоть как-то, с трудом, на последнем издыхании собственного оптимизма верил в успех.

Мы отступники. Мы не прошли даже половины моста и больше не пройдем. Мы, новейшие, другие россияне, — жалкие обломки той зачатого в 1991 году нации, которая оказалась инвалидом детства и быстро умерла, так и не успев повернуться спиной к Кремлю. Мы выходим на митинги, но нас никто не боится. Мы мечтаем о России без Путина, но кричим в пустоту — нас не слышат. А если наши крики окажутся громче, чем нужно, нас сомнут, сожрут, затопчут. У нас нет иллюзий относительно будущего России. Это будущее не наше, сколько бы черной краски мы вылили на Сталина под покровом ночи. Россия никогда не будет без Путина, пусть это будет и какой-то другой, условный Путин: слишком малое процентное соотношение других русских и большинства. Мы останемся здесь врагами и маргиналами.

Я не прячу далеко баллончик с черной краской. Пусть ночью, но он мне еще пригодится.